Вадим Львовский

     Сидів я нещодавно без світла та дивився інтерв'ю з Олегом Скрипкою на подкасті СучЦукрМуз  каналу  hromadske.зміст . Написав коментар та несподівано отримав гуді  з автографом лідера ВВ .     Цікаве інтерв'ю, дякую авторам та ведучому. Вийшов досить глибокий, містами гострий діалог.      Скрипку зазвичай запитують про політику, скандали та приватне життя. Нарешті, тут я почув багато питань про музику та творчу діяльність.      Як мені не вистачає змістовної книги про ВВ в контексті становлення незалежності України та відродження української культури. У нас ВВ ставлять в один ряд зі звичайними українськими рок-гуртами, які смутно та невесело пересмоктують західний мейнстрим 80-х та 90-х років, але ж ВВ це група з іншої ліги  —  їх місто на Ґластонбері , поруч з Tinariwen та Jethro Tull .

     В один из жарких июльских деньков 96-го года мы с одноклассниками собрались на море. Правда, по пути, нужно было зайти в нашу новую alma mater   — Политехнический Университет , куда мы дружно поступили за несколько недель до этого. И хотя все экзамены были уже сданы, оставались какие-то формальности в приемной комиссии.

    Минулого року я  продовжив  відкривати українську літературу. При виборі книг я спирався на декілька джерел: сучасну шкільну програму, лекції яскравого літературознавця  Євгена Стасіневича та чудовий проєкт Українського ПЕН та The Ukrainians —  100 знакових творів українською мовою  

     Как у любого читателя, у меня есть свой список любимых книг. Некоторые из них потрясли, и, возможно, даже изменили меня, некоторые расширили мое представление о литературе и мире, а некоторые просто доставили огромное удовольствие.      Каждый год я планировал что-то перечитать, но обычно откладывал, отдавая предпочтение чему-то новому. Все казалось, что впереди полно времени. Война заставила меня не только перечитывать любимые книги, но и воспринимать их по-новому.

     Второй год войны, в эмоциональном смысле оказался даже сложнее, чем первый. В 22-м, вслед за ужасом, смятением и яростью, пришла надежда, которая поддерживала нас обесточенными зимними ночами, под ракетными обстрелами и страшными сводками с фронта.     23 год многим принес усталость и разочарование, но я, довольно рано настроился на многолетнюю изнуряющую войну, и, относительно, стойко прожил этот год. В этом мне помогла музыка.     Я вернулся к регулярному прослушиванию музыки, постепенно вытесняя из своего эфира военных аналитиков, политических обозревателей и прочих "пережевывателей" новостей.     Слушал всего понемногу, бессистемно, по настроению.     

    В перший місяць війни я відмовився від багатьох російських ресурсів, в тому числі і від улюблених подкастів та лекцій присвячених мистецтву, музиці, літературі та історії. З часом, коли життя більш-менш нормалізувалося, наскільки це можливо в воєнний час, я почав шукати альтернативні подкасти в україномовному середовищі. 

     Последние несколько лет я, в основном, работаю дома. В перерывах частенько бренчу на гитаре. Играю и пою песни русских музыкантов, которых не слушаю с начала войны, но продолжаю любить:  ДДТ , Аквариум, Алиса , Чайф , Кино , Сукачев , Макар и т.д.      Дочь все время в соседней комнате, на дистанционном обучении. И вот, недавно, пробегая мимо, она прервала мое очередное  Ой-йо , и спросила: —  Папа, а ты рок играть не пробовал? 

     Повернувшись в Одесу після перших двох місяців війни, я звернувся до книг з історії України та українських класиків.

      В отличии от музыки и кино, литература помогала мне с первых дней войны. 24 февраля я кинул  в дорожную сумку томик Толкина и он помогал мне не сойти с ума в бесконечной ленте новостей.

       В начале прошлого года, я уже понимал, что катастрофа неизбежна, но до последнего дня не хотел в это верить, убеждая себя, что все обойдется. Делился музыкальными впечатлениями и строил планы на новый год: познакомится с музыкой итальянского барокко, переслушать лучшие кантри альбомы и пр.

     Один из первых детских страхов, которые я помню – военная программа Звездные войны , объявленная президентом Рейганом и ожидание американского ядерного удара, которым нас ежедневно пугали.       Мог ли я представить себе тогда, что спустя 40 лет я буду объяснять дочери, куда прятаться от русских бомб, а десятки американцев будут присылать мне слова сочувствия и поддержки.  

    Очень мало надежды, что когда-нибудь мы будем знать имена всех евреев, уничтоженных во время Шоа. Многие евреи исчезли бесследно. Их уничтожали целыми семьями и общинами, и часто не оставалось никого, кто мог бы сообщить имена жертв.  Яд Вашем - Мемориальный комплекс истории Холокоста Регистрация евреев Одессы, октябрь 1941 г.

  И в завершении обзора  – non-fiction. 

    Если в  первой части  обзора я собрал книги написанные на русском языке, то вторая часть посвящена переводной художественной литературе.

     Одно из удовольствий переезда на новую квартиру – необходимость перебрать библиотеку. Ведь книжки часто хранят не только авторский текст, но и наши личные воспоминания.

    Итак, очередной год,  очередные музыкальные путешествия и открытия.

     День был солнечный, очень синий, теплый, но с прохладной тенью – обыкновенный день киевской осени. К. Паустовский, "Далекие годы"

     Оттуда можно было бы увидеть не только Подол, но и часть верхнего Города, семинарию, сотни рядов огней в высоких домах, холмы и на них домишки, где лампадками мерцают окна. М.Булгаков, "Белая Гвардия"

Город в солнечном свете ослеп, Между трубами пляшет восход, Впереди убегающий Днепр, И на каменных лапах завод… Михаил Светлов

Как возникает Клинок из сплава, Из бурь – матрос, Так из Екатеринослава – Днепропетровск. Николай Асеев